Помощь онлайн
SiteHeart

.

Авторизация
Голосование

Вам будет удобна запись спектаклей на флешку?

Играем Шекспира (2004)

Вы сможете скачать этот продукт сразу после того, как закажете и оплатите заказ, выбрав "Электронную доставку товара".

Вы можете кликнуть на кадр-скриншот для увеличения картинки

0,34 диска
Что это означает?
Описание
В ролях: Михаил Козаков
Год: 2004
Жанр: Телеспектакль
Рейтинг:
Режиссёр: Михаил Козаков, Максим Шихов
Длительность: 1:53:37
Носитель: DVD-R

Часть 1: Воспоминание о Гамлете

Часть 2: О двух комедиях

Часть 3: Размышления о Лире

Трехсерийный телефильм Михаила Козакова "Играем Шекспира" появился более чем вовремя. Он сродни напоминанию о базовых ценностях человечества и искусства - подобно Семи заповедям, без которых жить нельзя.

С Шекспиром в России отношения были сложными. Сейчас мало кто помнит, что вся сталинская эпоха обошлась без Барда вовсе. Когда Борис Ливанов замахнулся на Гамлета и решил посоветоваться со Сталиным, как его сегодня нужно играть, величайший режиссер всех времен и народов ответствовал: "Никак. У советского народа есть более важные заботы".

Но всё на свете умирает, даже Сталин, и Шекспир стал возвращаться в русское сознание. Фильм отслеживает этот процесс подробно и драматично. Козаков в этом процессе участник, причем один из активнейших: в 22 года сыграл Гамлета в Театре Маяковского, затем был Полонием в "Ленкоме", двумя братьями Антифолами в фильме "Комедия ошибок", Тенью отца Гамлета в спектакле Питера Штайна, Шейлоком в Театре Моссовета и, наконец, Королем Лиром - самая яростная, словно бы итоговая его роль. "Какая следующая? Наверное, череп бедного Йорика!" - печально ответил он на вопрос журналистки. Подведение итогов - эта идея преследует его давно, и он работает как никогда интенсивно. Хотя найти работу хорошему актеру и режиссеру сегодня все труднее - деньги дают только на искусство, способное принести доход прямо сейчас. У нас сейчас в шекспирах Верка Сердючка, и, строго говоря, само появление картины Козакова на канале ТВЦ можно причислить к чуду.

Козаков возвращает нас к временам, когда потребность в серьезном искусстве была всеобщей, Шекспира стали ставить повсеместно и залы ломились от публики. Тогда же происходила переоценка ценностей в еще вчера запаянном советском обществе. В Москву приехал "Гамлет" Питера Брука с Полом Скофилдом, и рухнула легенда о нашей лучшей в мире театральной школе. Смотреть рядом кадры со Скофилдом и завывающим Евгением Самойловым невыносимо: уже тогда наш театр застрял в торжественной архаике, стал провинцией. Козаков раздобыл в архивах телесъемку занятного состязания: сцены из "Гамлета" играли труппы английского и советского театров, поменявшись партнерами: английский Гамлет - советская Гертруда, советский Гамлет - английская Гертруда. Поразил не разнобой языков, а пропасть между театральными школами. Надо было спасать театр, и на бой призвали не тронутую советскими штампами молодежь. Тогда Козаков и сыграл Гамлета.

Запись не сохранилась. Козаков компенсирует это тем, что читает Гамлета уже сегодня. Даже не видев спектакля 1956-го, можно с уверенностью сказать, что 22-летний актер так читать не мог. Это теперь Гамлет, уже прошедший все круги ада и окончательно освободившийся от романтических иллюзий. Такой Гамлет мог бы появиться только в таком фильме-воспоминании, фильме-размышлении. Его нужно видеть.

Шли годы, отлетали оттепельные надежды, настала эпоха эзопова языка - главного театрального языка времен застоя. Новый Гамлет возник на сцене "Ленкома" - спектакль в первую очередь политический, полный прямых аллюзий с реалиями советского быта. Козаков в фильме не то что полемизирует с трактовкой Глеба Панфилова, но не разделяет эту трактовку. Хотя, подчиняясь общему тону спектакля, именно в политических параллелях искал своего Полония и очень элегантно спародировал в нем Сергея Михалкова.

Это, конечно, театральная кухня. Наблюдать ее сегодня - захватывающее зрелище: на Шекспире ломались идеологические копья, но вечное устояло, сохраняя свое универсальное значение. Я не знаю другого актера, кто рискнул бы так отважно столкнуть в одном эпизоде Гамлетов Скофилда, Лоуренса Оливье, Смоктуновского, Высоцкого - и себя самого, читающих на двух языках "Быть или не быть". Это поразительная эстафета гениальных трактовок, каждый раз новых смыслов, умолчаний, национальных комплексов и глубин, имя которым бездна.

К такому же приему прибегнет он в заключительной серии: трагический вой потерявшего дочь старика у интернациональной пятерки королей Лиров сливается в доселе неслыханную трагическую симфонию.

Только что не принимавший политических аллюзий Козаков тут же их себе позволяет, но с какой снайперской точностью - это могли оценить только видевшие картину. Вот Лир делит свое царство, и возникают хроникальные кадры Беловежской пущи. Возникает Ельцин в предновогодний вечер отречения, и в контексте фильма впервые обращаешь внимание на шекспировский строй его речи:

- Я ухожу. Я сделал все, что мог...

И в следующем кадре, уже в образе Лира, Козаков подхватывает:

-...ярмо забот мы с наших дряхлых плеч хотим переложить на молодые...

Параллель неотразима, и упрекать автора в прямолинейности я не могу - он от параллелей тут же уходит, но все его дальнейшие соразмышления с Шекспиром о развращающей роли абсолютной власти, которая ведет всех в пропасть, уже неразрывно связаны и с нашим веком.

Вторая серия отдана комедии - фильму 1978 года "Комедия ошибок" и спектаклю "Венецианский купец", где Козаков был Шейлоком. Эту вещь на нашей сцене не ставили никогда - ее считали антисемитской. Юдофобство Шекспира Козаков отсекает на корню и играет Шейлока яростно: он видит здесь тему возрождающегося национального достоинства. Попутно напоминает, что в СССР, где "не было национального вопроса", великий Михоэлс спел о равенстве черных и белых в фильме "Цирк" - и вскоре был убит. Искусство лабильно, каждый норовит приспособить его к своим целям: на "Венецианском купце" строил свою театральную пропаганду гитлеровский нацизм. Козаков выходит в сцене суда над Шейлоком в израильской военной форме - это уже иудей, вооруженный опытом современности, он теперь требует равенства без компромиссов: око за око, зуб за зуб.

И вот ключевой пункт, очень важный для многоязыкой глобальной драмы, выстроенной Козаковым из кирпичиков шекспировских пьес: путь от гордыни до покаяния. Первого у нас всегда было с избытком. Второго не можем дождаться от себя любимых до сих пор...

В фильме Вы увидите Евгения Самойлова, Иннокентия Смоктуновского, Лоуренса Оливье, Пола Скоффилда, Мэла Гибсона, Владимира Высоцкого, Эдуарда Марцевича, Евгения Миронова, Константина Райкина, Юрия Ярвета, Соломона Михоэлса, Евгения Стычкина др.

В фильме использованы фрагменты музыкальных произведений альфреда Шнитке, Эдуарда Артемьева, Дмитрия Шостаковича, Петра Ильича Чайковского, Вольфганга Амадея Моцарта, Джона Леннона, Фреди Мэркури и др.

С этим спектаклем покупают

  Александр Белинский    Александр Лазарев    Александр Ширвиндт    Андрей Миронов    Антреприза    БДТ    Валентин Гафт    Василий Лановой    Вера Васильева    Владимир Андреев    Владимир Этуш    Гоголь    Дом актера    Лев Дуров    Ленинградское ТВ    Леонид Броневой    Людмила Максакова    МХАТ    МХТ им. Чехова    Максим Горький    Малый театр    Марк Захаров    Михаил Державин    Михаил Козаков    Михаил Ульянов    Наталья Тенякова    Олег Басилашвили    Олег Табаков    Островский    Петербург    Пушкин    Светлана Немоляева    Сергей Юрский    Сказка    Сказка за сказкой    Современник    Чехов    Шекспир    Юрий Васильев    Юрий Соломин    Юрий Яковлев    война    детский    зарубежная классика    капустник    оперетта    поэзия    русская классика    стихи    театр Вахтангова    театр Моссовета    театр Сатиры    театр кукол    чтецкая программа    юбилей  

Есть вопросы?

Вы можете задать нам вопрос(ы) с помощью следующей формы.